воскресенье, 19 мая 2024 г.

Какой холодный май!

 



Какой холодный май!

Как будто лед в бокале:

Пей – быстро не глотай.

А как его мы ждали!

 

Чьим клятвам верить впредь?

Надежна чья расписка?

Как страшно зеленеть

И сколько в этом риска!

 

Черемуха смелей

Всех – сладкое дыханье,

Как если бы мы ей

Назначили свиданье.

 

А тополь гол и сух.

Не позволяет опыт

Ему одеться в пух

И перейти на шепот.

 

Весна – какая ложь!

Сквозь дымку и сквозь ветку

Она грозит, как нож,

Завернутый в салфетку.

 

Какой холодный май!

И честь каких мундиров

Спасти речной трамвай

Спешит без пассажиров?

 

И я зачем надел

Не плащ, а эту куртку,

Кто в мае мне велел

Бродить по Петербургу?

 

Небес голубизна

И приступ жалкой дрожи.

Вдруг вечная весна

Холодной будет тоже?

             А. Кушнер

четверг, 9 мая 2024 г.

Величайший из дней


 


Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты.
На живых порыжели от крови и глины шинели,
на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.

Расцвели и опали... Проходит четвертая осень.
Наши матери плачут, и ровесницы молча грустят.
Мы не знали любви, не изведали счастья ремесел,
нам досталась на долю нелегкая участь солдат.

У погодков моих ни стихов, ни любви, ни покоя -
только сила и зависть. А когда мы вернемся с войны,
все долюбим сполна и напишем, ровесник, такое,
что отцами-солдатами будут гордится сыны.

Ну, а кто не вернется? Кому долюбить не придется?
Ну, а кто в сорок первом первою пулей сражен?
Зарыдает ровесница, мать на пороге забьется,-
у погодков моих ни стихов, ни покоя, ни жен.

Кто вернется - долюбит? Нет! Сердца на это не хватит,
и не надо погибшим, чтоб живые любили за них.
Нет мужчины в семье - нет детей, нет хозяина в хате.
Разве горю такому помогут рыданья живых?

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.
Кто в атаку ходил, кто делился последним куском,
Тот поймет эту правду,- она к нам в окопы и щели
приходила поспорить ворчливым, охрипшим баском.

Пусть живые запомнят, и пусть поколения знают
эту взятую с боем суровую правду солдат.
И твои костыли, и смертельная рана сквозная,
и могилы над Волгой, где тысячи юных лежат,-
это наша судьба, это с ней мы ругались и пели,
подымались в атаку и рвали над Бугом мосты.

...Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели,
Мы пред нашей Россией и в трудное время чисты.

А когда мы вернемся,- а мы возвратимся с победой,
все, как черти, упрямы, как люди, живучи и злы,-
пусть нам пива наварят и мяса нажарят к обеду,
чтоб на ножках дубовых повсюду ломились столы.

Мы поклонимся в ноги родным исстрадавшимся людям,
матерей расцелуем и подруг, что дождались, любя.
Вот когда мы вернемся и победу штыками добудем -
все долюбим, ровесник, и работу найдем для себя.

                                                Семён Гудзенко